Княгиня Путятина (“Золотой вагон” часть 1)

В девятнадцатом году кражи и грабежи на улицах Уральска были делом обычным. Милицейские наряды днем и ночью приводили в городской отдел задержанных грабителей. Были среди них и беспризорные.
Четырнадцатилетнего мальчишку-казаха Даугена, по кличке Валет, поймали с поличным. Он вырвал ридикюль у выходившей из магазина молодой, модно одетой женщины, но убежать не смог — задержали прохожие.  Подоспевший милицейский патруль отправил Даугена в отдел. Двое из патруля остались.

Старший милиционер Руденко обратился к потерпевшей:
— Вы тоже пройдите с нами, составим протокол.
— Я спешу, меня ждут.
— Минутное дело,— настаивал Руденко.— Здесь недалеко.
— Поймите, мне некогда,— упорствовала женщина.— Да и сумочка моя не стоит того, чтобы из-за нее шум поднимать… Отпустите и мальчика. Он с голоду ворует… Ну мне пора. Спасибо и до свидания.
Она мило улыбнулась, повернулась на тонком каблучке и пошла, игриво помахивая сумочкой.
— Задержитесь на минуту.
Женщина остановилась, вопросительно оглянулась.
— Предъявите, пожалуйста, документы,— попросил Руденко,— я запишу вашу фамилию и адрес, мало ли что, возможно, вы все же понадобитесь для составления протокола.

В эту минуту Руденко услышал сзади тихий голос сопровождавшего его милиционера Финаева:
— Григорий Василич, я знаю ее, это дочка генерала Дурново из Петрограда.
Подойдя к женщине, Руденко взял протянутые документы. С минуту он молча смотрел на них, на женщину, затем перевел взгляд на Финаева.
— Ты говоришь — дочка генерала Дурново? Финаев кивнул.
— А по паспорту выходит, что это учительница Саратовской гимназии Елена Владимировна Шевчук. А?
— Я — генеральская дочь? — Женщина рассмеялась.— Очень мило. Я же, глупышка, всегда считала себя дочерью рядового провинциального механика.
— Не мог же я ошибиться,— настаивал Финаев.— В четырнадцатом году перед отправкой на фронт я навестил в Петербурге на Васильевском острове сестру Марию. Она только что нанялась горничной к вашему батюшке. Там вас и видел. Не мог я спутать… Вы тогда еще бокал с шампанским разбили и сильно порезали руку, вот здесь, у локтя. Меня Мария послала за доктором. Доктор потом сказал, что ничего страшного; только шрамик надолго останется. Он, наверное, и остался. Покажите ручку.
— Не прикасайся,— женщина отдернула руку.
— Вы, сударыня, не кипятитесь,— вмешался Руденко.— Пройдемте в милицию, там все выясним… Веди, Финаев.

Финаев расстегнул кабуру… В эту секунду в руке женщины сверкнула сталь. Раздался выстрел, второй… Женщина побежала. Оглянувшись, она увидела лежащих на мостовой милиционеров и бежавших за ней красногвардейцев. Выстрелила наугад. Промах… Навстречу из-за угла тоже бежали люди… Стрелявшая споткнулась, запутавшись в длинной юбке, и упала…
В Уральской ЧК, куда привели арестованную, разговор был короткий: по законам революционного времени «за убийство двоих Милиционеров Шевчук Е. В. (по паспорту) приговаривается к высшей мере…».
Когда арестованной сообщили о приговоре, она холодно посмотрела на членов ревтрибунала:
— Коли так случилось, не хочу умирать безызвестной учительницей. Умру княгиней Путятиной.
— Вы Путятина?
— Да, я княгиня Путятина Елена Леонардовна, уроженка Дурново,— с вызовом повторила осужденная. ]
— Та самая? Из белой разведки?
— Да, многие из ваших запомнили меня. Это для меня единственное утешение перед смертью.
Председатель Уральской Чрезвычайной комиссии, узнав о таком заявлении арестованной, приостановил казнь. Служа ранее в Петроградской ЧК, он немало слышал об антисоветской деятельности опытной разведчицы Елены Путятиной.
— Арестованную следует отправить в распоряжение Всероссийской ЧК,— решил председатель.— Там и примут нужное решение.

Ваш отзыв

Навигация

Поиск

Архив

Апрель 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Янв    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Ссылки

Подписка